Версия для печати

Вознесение Исайи (Видение Исайи)

Главы

1
2
3
4
5
6
 

Вступление

 
Мы предлагаем первую публикацию в русском переводе латинского текста апокрифа «Вознесение Исайи». Большинство ученых считают данный апокриф переводом более раннего богомильского текста на латынь. В таком случае он вполне мог быть «занесен» в Западную Европу во время визита в Италию и Лангедок богомильского «папы» Никиты в третьей четверти XII столетия. Впервые «Вознесение Исайи» упоминается в полемике с альбигойцами соратника св. Доминика Дюрана из Гуэски в 1222 г. Ссылается на него и знаменитый средневековый ересиолог Монета из Кремоны (ок.1240 г.). Существует древнерусский аналог данного апокрифа «Видение Исайи» * [* См. В. В. Мильков. Древнерусские апокрифы. СПб, 1999.Изд-во РХГИ, с.499-527. (Здесь даны и оригинальный текст, и перевод на современный русский.)], являющийся переводом с болгарского * [* Помимо болгарского и русского следует упомянуть также эфиопский текст данного апокрифа]. Однако внимательный читатель увидит ряд различий, которые могут означать, что латинский и древнерусский варианты восходили к несколько разным источникам.
 
После открытий в Кумране, где были обнаружены тексты, приписываемые Исайе, становится ясно, что исторической предпосылкой настоящего апокрифа стала сектантская иудейская литература II-I вв. до н.э. Вероятно, изначальный текст претерпел значительную эволюцию, и образ Сына Божия, нисходящего на землю ради одоления сил зла, после возникновения христианства был соотнесен с миссией Христа. В первые века н.э. в тексте появились и отчетливая тринитарная схематика. Тем не менее, иудейские и гностические мотивы в этом апокрифе очень сильны.
 
Что было посредником между имеющимися вариантами и изначальным, древнееврейским (иудеогностическим) памятником? Видимо, существовала греческая (как вполне реальная возможность — и коптская) версия «Вознесения Исайи». Вo II-IV вв. она была в ходу среди гностиков. По крайней мере, такой ересиолог, как Епифаний, упоминает «Вознесение Исайи» среди книг, которыми пользовались гностики из секты «архонтиков». Именно эта версия и могла стать источником для богомильского перевода.
 
Однако мы знаем о еще одном апокрифическом памятнике, сюжетно связанным с настоящим — описании мученической смерти Исайи, которыми некогда предварялся текст публикуемого апокрифа. Фрагменты глав, повествующих о смерти этого пророка, дошли до нас еще от IV-VI вв., причем на трех языках — греческом, коптском и латинском (!). Последнее указывает на возможность того, что в средние века существовал самостоятельный латинский апокриф «Видение Исайи», с одной из поздних редакций которого мы и имеем дело.
 
Ист.: «Ветхозаветные апокрифы», изд-во «Амфора», 2000 г. (Подготовка, вступление, комментарий П. Берснева. Перевод Р. Светлова)
 

Предисловие

Видение Исайи – переводное апокрифическое произведение. Внесено в греческий индекс отреченных книг, на Руси упоминается в индексе, входящем в Изборник 1073 г. (см.: Яцимирский. Библиографический обзор, с. 34, 247–250); возникло в глубокой древности: оно читается в кумранских рукописях (см.: Мещерский Н. А. К истории текста славянской книги Еноха: (Следы памятников Кумрана в византийской и старославянской литературе). – ВВ, 1964, т. 24, с. 91). В. – вторая часть более пространного апокрифического сказания «Вознесение Исайи», состоящего из 11 глав (гл. 1–5 содержат Пророчество и Мученичество Исайи, В. читается в гл. 6–11), полный текст которого сохранился только в эфиопской версии в списках XV–XVIII вв. В славянских литературах известно лишь В. Вероятно, славянский текст памятника – это перевод с греческого, однако полный греческий текст до нас не дошел; сохранились лишь фрагменты V–VI вв. (2–4-й глав) и переработка всего текста XII в. (так называемая Греческая легенда); существует коптский фрагмент IV в. и два латинских фрагмента V–VI в. (гл. 2, 14–3, 13 и 7, 1–19). В. известно в венецианском издании 1522 г. и представляет собою скорее всего перевод со славянского оригинала. В основе всех древнейших рукописей среднеболгарского, сербского и русского изводов лежит, по-видимому, староболгарский протограф X–XI вв. Однако это суждение, высказанное в дореволюционной работе А. В. Рыстенко, а затем современными болгарскими исследователями, не подкреплено достаточно вескими аргументами. Древнерусская рукописная традиция В. начинается в XII в. – оно помещено в знаменитом Успенском сборнике (ГИМ, Синод. собр., № 1063/4) под заглавием: «Месяца майя в 8 день видение яже виде святыи Исайя пророк сын Амосов» (нач.: «В дъводесятъное лето цесарьствующю Езекию цесарю Июдеею...»). Пророчествуя перед царем и его приближенными, Исайя внезапно замолчал, и все поняли, что он не видит стоящих перед ним и «от века сего, но от потаенаго». Когда Исайя очнулся от видения, он рассказал, как славный ангел взял его за руку и повел сначала на нижнюю ступень неба – «твердь», где господствует сатана со своими силами и где царит такая же вражда и брань, как и на земле. Затем Исайя прошел шесть небес, видел ангелов разных степеней и, дойдя до седьмого неба, предстал перед богом, его сыном и ангелом, олицетворяющим святой дух. Рассказав о своем видении царю Езекие, Исайя предсказал кончину мира, когда сбудется все, что он видел («коньчина века сего и вьсе видение се събудеть ся в последъним роде»), но пока это надо скрыть от народа. Апокриф отталкивается от содержания канонической книги пророка Исайи, известной на Руси в Паремийниках XII в. (ср. Паремийник Григоровича, собр. Румянц. муз. № 2 (1685)). В ней Исайя также поднимается на небо и предстает перед богом, там есть намек на рождение от Девы сына Эммануила и пророчество о гибели стран и народов. Апокриф, возможно, призван был дополнить канонический текст и укрепить в сознании русского читателя эсхатологические идеи о наказании за грехи и о неизбежной гибели мира. Исайя цитирован в «Речи философа» из Повести временных лет. В. связано идейно-тематически с другим древним апокрифом, славянской «Книгой Еноха праведного» (см. Апокриф о Енохе), причем в описании восхождения Исайи и Еноха прослеживаются явные параллели. М. И. Соколов предполагал, что автор В. был знаком с «Книгой Еноха» (Соколов М. И. Славянская книга Еноха праведного: Текст, латинский перевод и исследование / Посмертный труд автора подг. к изд. М. Сперанский. – ЧОИДР, 1910, кн. 4, отд. 2, с. 123–127). Списков В. немного. Помимо Успенского сборника Яцимирский называет еще 11 рукописей. В последних работах болгарских ученых добавлено еще несколько списков. После Успенского сборника наиболее древними являются рукописи сербского извода XIV в. Один из дошедших до нас списков XV в. (ГПБ, Соф. собр., № 1488, л. 1 об.–10) происходит из Кирилло-Белозерского монастыря. Книгописец этого же монастыря Ефросин упоминает этот апокриф в приписке в одном из своих сборников XV в. (ГПБ, Кир.-Бел. собр., № 22/1099, л. 245): «Исаиа пророк и Андреи юродивы видели венци на небеси и обители и ризы святымь зде добре живущим» (Каган М. Д., Понырко Н. В., Рождественская М. В. Описание сборников XV в. книгописца Ефросина. – ТОДРЛ, 1980, т. 35, с. 64). Все славянские рукописи передают одну редакцию текста. В дореволюционных и современных изданиях, как правило, публикуется список Успенского сборника XII в. Но в самом первом издании В. было опубликовано А. Н. Поповым по сербскому списку XIV в. из собрания Хлудова (в 1872 г.). Впоследствии это издание использовалось в разночтениях к тексту Успенского сборника. И. Я. Порфирьев, не зная «Успенского сборника», пересказал В., по эфиопской версии, содержащей подробности, отсутствующие в древнерусском тексте (Исайя видит на седьмом небе святых, Авеля, Еноха и др.; Исайе показали Марию, рождение Христа, его чудеса, страдания, распятие на кресте, его двенадцать учеников). Кроме В. с именем Исайи в древнерусской литературе связано еще несколько произведений не апокрифического характера. Это его Житие, помещенное в Прологе под 9 мая, оно попало и в ВМЧ, хотя текст, следующий за начальными словами, считается заимствованным из «Вознесения». В рукописных сборниках встречается «Слово пророка Исайя сына Амосова о последних днях», текстуально с В. не связанное (опубликовано в кн.: Порфирьев. Апокрифы ветхозаветные, с. 263–268; Тихонравов. Апокрифические сказания, с. 29–31). Изд.: Попов А. Н. 1) Описание рукописей и каталог книг церковной печати библиотеки А. И. Хлудова. М., 1872, отд. 7, № 195, с. 414–419; 2) Библиографические материалы, № 1, с. 13–20; Тихонравов Н. С. Апокрифические сказания. СПб., 1894, с. 32–47; Сборник XII в. Московского Успенского собора. Вып. 1 / Издан под набл. А. А. Шахматова и П. А. Лаврова. – ЧОИДР, 1899, кн. 2, отд. 2, с. 129–136; Франко. Апокрифы, т. 4 с. 109–116; Vaillant A. Textes vieux-slaves. Paris, 1968, partie 1. Textes et glossaire, p. 87–98; partie 2. Traductions et notes, p. 72–82; Успенский сборник XII–XIII вв. М., 1971, с. 169–177. Лит.: Порфирьев И. Я. 1) Апокрифические сказания о ветхозаветных лицах и событиях. Казань, 1872, с. 294–305; 2) Апокрифы ветхозаветные, с. 73–81; Lűdtke W. Beitrage zu slavischen Apokryphen. – Zeitschrift fűr die alttestamentliche Wissenschaft, 1911, t. 31, H. 3, S. 222–226; Рыстенко А. В. К литературной истории апокрифа о «Восхождении Исайи». Одесса, 1912, с. 1–20; Иванов Й. Богомилски книги и легенди. София, 1925, с. 131–164 (фототипическое переиздание Болгарской Академии наук: София, 1970); Vaillant A. Un apocryphe pseudobogomile: La vision d’Isaïe. – Revue des études slaves, 1963, t. 42, fasc. 1–4, p. 109–122; Коссова Джамбелука А. Наблюдения върху старобългарската традиция на Видение Исайево: Съответствия и различия с текстовата традиция на Възнесение Исайево. – Palaeobulgarica / Старобългаристика, 1983, № 2, с. 66–79. Доп.: Милтенова А. Неофициалната книжнина през XIII век в контекста на идейните литературните тенденции на епохата. – В кн.: Търновска книжовна школа. Кн. 4. Културно развитие на българската държава краят на XII–XIV в. София, 1985, с. 102–114.

М. Д. Каган, М. В. Рождественская

Источник информации

 

Предсловие 2

Видение Исайи (греч. δρασις Ήσαίου — лат. visio Isaiae; греч. άναβατικόν Ήσαίου — лат. ascensio Isaiae) — апокриф, принятый богомилами, но известный уже Епифанию и Иерониму, стало быть, относящийся к III в.Распространенный между египетскими гностиками и присциллианистами Испании и Лузитании, он перешёл от них к манихеям и павликианам, а затем и в новоманихейские ереси. Греческий текст апокрифа до сих пор не найден; славянский существует в рукописях; кроме того, известна латинская редакция в старом переводе, сделанном в Италии, и эфиопская в переводе Лауренса.

http://omop.su/156591.html

Предbсловие 3

Опубликовано в книге: «Ветхозаветные апокрифы», изд-во «Амфора», 2000 г. (подготовка, вступление, комментарий П. Берснева) Мы предлагаем первую публикацию в русском переводе латинского текста апокрифа «Вознесение Исайи». Большинство ученых считают данный апокриф переводом более раннего богомильского текста на латынь. В таком случае он вполне мог быть «занесен» в Западную Европу во время визита в Италию и Лангедок богомильского «папы» Никиты в третьей четверти XII столетия. Впервые «Вознесение Исайи» упоминается в полемике с альбигойцами соратника св. Доминика Дюрана из Гуэски в 1222 г. Ссылается на него и знаменитый средневековый ересиолог Монета из Кремоны (ок. 1240 г.). Сущестует древнерусский аналог данного апокрифа («Видение Исайи»[1]), являющийся переводом с болгарского.[2] Однако внимательный читатель увидит ряд различий, которые могут означать, что латинский и древнерусский варианты восходили к несколько разным источникам. После открытий в Кумране, где были обнаружены тексты, приписываемые Исайе, становится ясно, что исторической предпосылкой настоящего апокрифа стала сектантская иудейская литература II-I вв. до н. э. Вероятно, изначальный текст претерпел значительную эволюцию, и образ Сына Божия, нисходящего на землю ради одоления сил зла, после возникновения христианства был соотнесен с миссией Христа. В первые века н. э. в тексте появились и отчетливая тринитарная схематика. Тем не менее, иудейские и гностические мотивы в этом апокрифе очень сильны. Что было посредником между имеющимися вариантами и изначальным, древнееврейским (иудеогностическим) памятником? Видимо существовала греческая (как вполне реальная возможность — и коптская) версия «Вознесения Исайи». Вo II-IV вв. она была в ходу среди гностиков. По крайней мере, такой ересиолог, как Епифаний, упоминает «Вознесение Исайи» среди книг, которыми пользовались гностики из секты «архонтиков». Именно эта версия и могла стать источником для богомильского перевода. Однако мы знаем о еще одном апокрифическом памятнике, сюжетно связанным с настоящим — описании мученической смерти Исайи, которыми некогда предварялся текст публикуемого апокрифа. Фрагменты глав, повествующих о смерти этого пророка, дошли до нас еще от IV-VI вв., причем на трех языках — греческом, коптском и латинском (!). Последнее указывает на возможность того, что в средние века существовал самостоятельный латинский апокриф «Видение Исайи», с одной из поздних редакций которого мы и имеем дело. «I. (1-5) Видение, которое Исайя, сын Амоса, имел на двенадцатом году правления Езекии, царя Иудеи.[3] Исайя-пророк, сын Амоса, прибыл к Езекии в Иерусалим. И после того, как он вошел, он воссел напротив царского ложа. И все князья израильские и царские советники, и евнухи стояли перед ним. И пророки, и дети пророков, узнав, что Исайя пришел из Гилгала, пришли из деревень и полей, и гор приветствовать его и познать то, что должно будет произойти. (6-10) Тогда он произнес слова правды. Дух Святой низошел на него и все видели и слышали слова Святого Духа. Этот царь созвал пророков, и все они собрались, столь много, сколь их нашлось. Там были старцы Михей и Анания, Иоиль[4] и столь много, сколь их нашлось, по его правую руку и по его левую руку. И вот, когда они слышали голос Духа Святого, они упали на колени и воспели высочайшего Бога, который пребывает среди святых, Того, Который даровал эту силу слов в мире. Итак, свидетельствуя в Духе Святом в присутствии всех, он [вдруг] замолчал, и вслед за этим они увидели, что перед ним возвышается некто. (11-16) Глаза Исайи были открыты, уста же были закрыты, но дыхание Духа пребывало с ним. И они не поняли, что Исайа вознесен, но пророки поведали о даруемом откровении. Видение, которое предстало перед ним, было не из этого мира, но из того, что скрыт от всего плотского. И когда Исайа перестал созерцать видение, он вернулся в самого себя и пересказал увиденное Езекии и его сыну Насону, II. (1-5) и Михею и другим пророкам, говоря: «Когда я пророчествовал то, что вы слышали и чему вы были свидетелями, я видел ангела, сияющего славой более, чем ангелы, которых я обычно видел, но имеющего особенную великую славу и свет, который я не могу описать. Взяв меня за руку, он вознес меня, и я спросил: "Кто ты и каково твое имя, и почему ты поднимаешь меня подобно птице?" — ибо мне оставлена была способность говорить с ним. Тогда он произнес в ответ: "Когда я вознесу тебя наверх, то покажу тебе зрелище, и это является целью, ради которой я послан; тогда ты узнаешь, кто я, но имя мое тебе останется неведомо, коли желаешь вернуться назад в свое тело. И когда я подниму тебя наверх, тогда ты увидишь." (6-10) И я возрадовался тому, что он отвечал мне кротко. И он сказал мне: "Ты возрадовался потому, что я отвечал тебе мягко, и ты увидишь Того, кто более велик, чем я, и Кто желает говорить с тобой. Этот Некто ласковее и мудрее, лучше и милее, ибо именно с этой целью я был послан: объяснить тебе все." И мы восходили, он и я, на небесный свод, и там я видел великую битву Сатаны и его сил против тех, кто почитает Бога, и один [демон] превосходил другого в зависти. Ибо точно как на земле, так же на небесном своде, поскольку отражения того, что происходит на небесах, находятся на земле.[5] (11-15) И я сказал ангелу: "Что это за война, и зависть, и борьба?" И сказал он мне в ответ: «Это война дьявола, и он не прекратит ее, пока Тот, Кто желает видеть тебя, не поразит его духом Своей Праведности.» После этого он поднял меня на то, что находится над небесным сводом, на первое небо. И я увидел в центре того места трон, на котором восседал в великой славе ангел, и ангелов, восседавших по правую и левую руку от него. Те, что были справа от него, имели особую славу и они пели одним голосом; те же, что были по левую руку, пели вместе с ними, но их песня не была подобна песне тех, что справа. (16-20) И я спросил ангела, который вел меня: "Кому возносятся эти песнопения?" И в ответ он сказал мне: "Великой славе Бога, который находится над седьмыми небесами, и Его возлюбленному Сыну, Которым я бы послан тебе." И он вновь вознес меня — на второе небо. Оно возвышалось над первым так же, как первое над землей. И я увидел там, как и на первом небе, ангелов по правую и по левую руку [от трона]. И слава этих ангелов, и их пение превосходили славу и пение пребывавших на первых небесах. (21-25) И я склонил свое лицо, чтобы воздать честть ему[6], но ангел, направлявший меня, сказал мне: "Не склоняйся перед ангелом и троном этих небес. Это та причина, по которой я был послан направлять тебя. Поклонись Тому лишь, о Котором я говорю тебе, и восславь неким образом Того, Кто — над всеми ангелами, тронами и над мантиями и коронами, которые ты увидишь после." И я чрезвычайно возрадовался и возвеселился, ибо именно таково [желание] тех, кто знает Высочайшего и Вечного и Его возлюбленного Сына, поскольку эти [люди] восходят к Нему благодаря ангелам Святого Духа. И он вознес меня над третьими небесами, и подобно тому, что было раньше, я увидел маленький[7] трон, и ангелов справа и слева от него. Память этого мира, однако, не может там назвать ничего [известного ей - т.е. вспомнить]. (26-30) В то время как я совершал восхождение, слава духа моего испытывала превращение, и я сказал: "Ничто из этого мира не может быть названо именем из мира нашего." И в ответ ангел сказал мне: "Ничто не может быть названо из-за его [мира] слабости, но ничто не скрыто для этого мира из дел, которые творятся там."[8] И она пели и прославляли того, кто восседал на троне, и этот ангел был более велик, чем ангел второго неба. И вновь он [мой спутник] вознес меня, на четвертое небо. Расстояние от третьего неба до четвертого было больше [чем от второго до третьего]. И я увидел трон и ангелов по правую руку и по левую. (31-35) Но слава того, кто был на троне, оказалась более велика, чем у ангелов по правую руку, их же слава превосходила славу тех, кто находился ниже. И я вознесся на пятые небеса. И здесь я увидел бесчисленных ангелов и их славу, и их пение было более прекрасно, чем пение ангелов четвертого неба. И я изумился, созерцая подобное множество ангелов, выстроенных рядами согласно различию их благости, каждый, причем каждый из них, имея собственную славу, восхвалял Его, Который превыше всего (Чье Имя не открыто ничему плотскому), поскольку Он даровал столь много славы ангелам, которые пребывают превыше всяких небес. Однако ангел сказал в ответ [на мое изумдление]: "Почему ты поражаешься, что они не имеют одного и того же вида? Ты еще не видел неодолимые силы и тысячи, тысячи и тысячи ангелов." III (1-5) И после этого он поднял меня на воздух шестых небес, и я увидел там великую славу, которую не видел на пятых небесах. И я видел ангелов в славе великой. И деяния сил [небесных] были прекрасными и превосходящими все [увиденное ранее]. Их пение было священным и прекрасным. И я сказал ангелу, направлявшему меня: "Что есть то, что я вижу, господин мой?" И он ответил мне: "Я не господин твой, но твой советчик." (6-10) И он рассказал мне о шестом небе. "Здесь нет ни трона, ни ангелов по левую руку от него, но все здешнее получает руководство от силы седьмого неба, где пребывает величайший Сын Бога. И все эти небеса и Его ангелы слушают Его, и я был послан, чтобы привести тебя сюда, чтобы ты мог увидеть эту славу и Господина всех небес и Его ангелов и сил. (11-15) Поэтому я и говорю тебе, Исайа: ни один из тех, кто желает вернуться в тело того мира, не видел того, что видишь ты, [и] не способен увидеть то, что ты увидел, ибо лишь твоим уделом Господь определил вознесение сюда." И я восславил Господа гимном, поскольку я пребывал в Его воле. И ангел сказал мне: "Когда ты вернешься отсюда по воле Отца, тогда ты получишь свое одеяние,[9] и станешь равен ангелам, которые на седьмых небесах". (16-20) И он привел меня на шестые небеса, и там не было ни трона, ни ангелов по левую и правую руку от него, но все имело единый вид и воспевало одну и ту же песнь. И мне было дано петь вместе с ними, и тот ангел, который был со мной, и я сам были подобны их славе, и их слава была одной [с нашей (?)]. И они прославляли Отца всех и его возлюбленного Сына и Духа Святого. Все воспевали одним голосом — не тем, который был на пятых небесах, но другим голосом. И здесь был великий свет. (21-25) И когда я был на шестых небесах, свет пятых казался мне тьмой. Я необычайно возрадовался и воспевал Того, Который даровал такую радость всем, кто получил Его милость. И я умолял ангела, направлявшего меня, больше никогда не возвращать меня в плотский мир. Более того, говорю я вам, здесь [, в этом мире,] пребывает великая тьма. Но ангел, направлявший меня, сказал: "После того, как ты возрадовался этому свету, насколько же больше ты возрадуешься и придешь в восторг, когда ты увидишь свет седьмых небес, на которых восседает Небесный Отец с Его единственным рожденным Сыном, (26-28) где лежат облачения и троны и венцы праведности. А что до твоей мольбы не возвращать тебя в тело, — то еще не исполнилось время для твоего прихода сюда." И я очень опечалился, услышав эти слова. IV (1-5) И он вознес меня на воздух седьмых небес, и я слышал голос, говорящий мне: "Почему тот, кто желает жить во плоти, явился сюда?" И я был очень напуган и дрожал.

http://www.lib.mn/blog/_/111912.html

Поделиться:
Апокрифы
Сатанинская литература
×
Соглашаюсь с комментариями к данной книге
×
Спасибо, ваше согласие отправлено
×
Верите ли вы, признаете и исповедуете Иисуса Христа
пришедшего в человеческом теле (плоти)?
верю, признаю и исповедую     
Выберете один или несколько стихов которые хотите прокомментировать, потом прокрутите страницу вниз к форме комментария ×
voznesenie-isayi-videnie-isayi